Пожертвуйте на издание книгПисьмо редакторуСсылки
На главную страницу

Ом Мани Падме Хум




Инь-Янь

Исторический статус Тибета


Исторический статус Тибета


Правительство Тибета в эмиграции, возглавляемое Его Святейшеством Далай-ламой, главой государства и его духовным лидером, последовательно утверждает, что Тибет находится под китайской оккупацией с тех времен, когда Китай вторгся в независимое государство в 1949-50 годах. Китайская народная республика (КНР) настаивает на том, что ее отношения с Тибетом являются чисто внутренним делом, так как Тибет является и веками являлся внутренней частью Китая. Вопрос о статусе Тибета по своей сути – правовой, хотя и политически злободневен.
КНР не заявляет никаких прав на суверенитет Тибета как на результат его военного порабощения и оккупации Тибета после вооруженного вторжения в него в 1949-50 годах. Действительно, КНР вряд ли могла бы заявлять такие права, так как она категорически отклоняет как незаконные подобные притязания других государств, основанные на завоевании, оккупации или заключении односторонне выгодных договоров. Вместо этого КНР основывает свои претензии к Тибету на теории, что Тибет стал неотделимой частью Китая семь веков назад.

Ранняя история


Хотя история государства Тибет и началась в 127 году до Рождества Христова с учреждения династии Ярлун, страна, какой мы теперь знаем ее, была впервые объединена в VII столетии н.э. царем Сонгцен Гампо и его наследниками. Тибет был одной из могущественнейших держав в Азии следующие три столетия, что подтверждается надписями на колонне у основания дворца Потала в Лхасе и китайскими танскими летописями, относящимися к этому периоду. Формальный мирный договор, заключенный между Китаем и Тибетом в 821-823 годах, обозначил границы между двумя странами и утвердил "счастье тибетцев в Тибете и китайцев в Китае".

Монгольское влияние


В то время как монгольская империя Чингиз-хана в XIII столетии расширялась в сторону Европы на западе и Китая на востоке, лидеры Тибета из могущественной школы тибетского буддизма Сакья заключили соглашение с монгольскими правителями, чтобы избежать завоевания Тибета. Тибетский Лама пообещал политическую лояльность и религиозное благословение и учение взамен покровительства и защиты. Религиозные отношения в это время стали настолько важны, что десятилетия спустя, когда Хубилай-хан завоевал Китай и установил династию Юань (1279-1368), он пригласил Пагпа-ламу стать имперским наставником и верховным духовником его империи.
Отношения между монголами и тибетцами, которые развивались и продолжали существовать вплоть до XX столетия, были отражением близкого расового, культурного и особенно религиозного родства между двумя центральноазиатскими народами. Монгольская империя была мировой империей, и, какими бы ни были отношения ее правителей с тибетцами, монголы никогда не объединяли администрацию Тибета и Китая и никоим образом не присоединяли Тибет к Китаю. Тибет разорвал политические связи с императором Янем в 1350 году до того, как Китай возвратил свою независимость от монголов. И вплоть до XVIII столетия Тибет не попадал снова под какое-либо иностранное влияние.

Отношения с маньчжурами, гурками и британскими соседями


Тибет не развивал никаких связей с китайской династией Мин (1386-1644). С другой стороны, Далай-лама, установший власть над Тибетом с помощью монгольского покровителя в 1642 году, развивал тесные религиозные связи с императорами маньчжурской династии, которые завоевали Китай и установили династию Цин (1644-1911). Далай-лама согласился стать духовным учителем маньчжурского императора в обмен на покровительство и защиту. Эти отношения "священник-патрон" (известные под тибетским названием "чой-йон"), которые Далай-лама также поддерживал с некоторыми монгольскими и тибетскими князьями, были только формальной связью, существовавшей между тибетцами и маньчжурами во время правления династии Цин. Сами по себе они не влияли на независимость Тибета.
На политическом уровне некоторые могущественные маньчжурские императоры преуспели в оказании влияния на Тибет. Так, в период с 1720 по 1792 год император Канси и другие четырежды посылали в Тибет имперские войска для защиты Далай-ламы и тибетского народа от вторжений монголов и гурков, а также от внутренних беспорядков. Эти экспедиции предоставляли императору возможность влияния на Тибет. Он посылал представителей в столицу Тибета Лхасу, некоторые из которых успешно пользовались на благо императора своим влиянием на правительство Тибета, в частности в отношении развития иностранных отношений. Во времена расцвета правления маньчжуров, который длился несколько десятилетий, отношения не были похожи на те, что могут существовать между супердержавой и колонией или протекторатом. Тибет не был введен в империю маньчжуров, а тем более в Китай, и в основном поддерживал отношения с соседними государствами самостоятельно.
Влияние маньчжуров не продолжалось долго. Его уже практически не было, когда британцы стремительно вторглись в Лхасу и заключили двусторонний договор с Тибетом – Лхасскую конвенцию – в 1904 году. Несмотря на эту потерю влияния, имперское правительство в Пекине продолжало претендовать на некоторую власть над Тибетом, в частности в его международных отношениях, на власть, которую британское правительство окрестило "властью сюзерена" в своих переговорах с Пекином и Санкт-Петербургом. Имперские войска попытались заново утвердить реальное влияние в 1910 году, вторгшись в страну и заново заняв Лхасу. После революции в Китае в 1911 году и падения манджурской династии войска сдались тибетской армии и были репатриированы Китайско-Тибетским мирным соглашением. Далай-лама заново установил независимость Тибета внутри, опубликовав воззвание, и внешне, установив связи с иностранными правителями и заключив договор с Монголией.

Тибет в XX столетии


Статус Тибета после изгнания войск маньчжуров не подвергается серьезному сомнению. Какие бы связи ни существовали между Далай-ламой и императорами династии Цин, все они были уничтожены вместе с падением этой династии. С 1911 по 1950 год Тибет успешно избегал чрезмерного иностранного влияния и поступал во всех отношениях как независимое государство.
Тибет поддерживал дипломатические отношения с Непалом, Бутаном, Британией и позже – с независимой Индией. Отношения с Китаем оставались напряженными. Китайцы развязали пограничную войну с Тибетом, формально принуждая Тибет "присоединиться" к Китайской Республике, постоянно пытаясь убедить весь мир, что Тибет уже был одной из китайских "пяти наций".
Чтобы уменьшить китайско-тибетскую напряженность, Британия созвала тройственную конференцию в Симле в 1913 году, где все три государства встретились на равных условиях. Британский делегат напомнил своему китайскому коллеге, что Тибет принял участие в конференции как "независимая нация, не признающая подчинения Китаю". Конференция была неудачной и не разрешила противоречий между Тибетом и Китаем. Тем не менее, она оказалась важной для англо-тибетских дружественных отношений, заключения двустороннего договора о торговле и пограничных соглашений. В Совместной Декларации Великобритания и Тибет обязали себя не устанавливать китайский сюзеренитет либо другие особые права в Тибете, если только Китай не подпишет проект Симлской конвенции, который должен был гарантировать Тибету большую территорию, его территориальную целостность и полную автономию. Китай так и не подписал Конвенции, оставив, однако, условия Совместной Декларации в полной юридической силе.
Тибет осуществлял свои международные отношения, прежде всего имея дело с британской, китайской, непальской и бутанской дипломатическими миссиями в Лхасе, а также посредством правительственных делегаций, командируемых за границу. Когда Индия стала независимой, британская миссия в Лхасе была заменена на индийскую. Во время второй мировой войны Тибет сохранял нейтралитет несмотря на мощное давление со стороны США, Британии и Китая, пытавшихся обеспечить поставки сырья из Тибета.
Тибет никогда не поддерживал обширных международных отношений, но те страны, с которыми Тибет их поддерживал, обращались с Тибетом как с любой другой суверенной страной. Международный статус Тибета, фактически, не изменился, как, например, статус Непала: когда Непал подавал заявку на членство в ООН в 1949 году, он ссылался на свой договор и дипломатические отношения с Тибетом, чтобы показать свое полное международное признание.

Вторжение в Тибет


Поворотным пунктом в истории Тибета стал 1949 год, когда Народно-освободительная армия КНР впервые проникла на территорию Тибета. После поражения маленькой тибетской армии и захвата половины страны китайское правительство в мае 1951 года навязало тибетскому правительству так называмое "Соглашение из 17 пунктов о мирном освобождении Тибета". Поскольку оно было подписано под принуждением, по международным законам соглашение не имело юридической силы. Присутствие сорокатысячной армии в Тибете, угроза немедленной оккупации Лхасы и перспектива полного уничтожения Тибетского государства не оставляла тибетцам выбора.
В то время как открытое сопротивление Китаю росло, особенно в Восточном Тибете, китайские репрессии, которые включали разрушение храмов и аресты монахов и других общественных лидеров, нарастали с ужасающей быстротой. К 1959 году народные восстания пережили свою кульминацию в виде массовых демонстраций в Лхасе. Тогда Китай подавил восстание, 87 тысяч тибетцев были убиты только в районе Лхасы, а Далай-лама бежал в Индию, где и находится его нынешняя резиденция вместе с Правительством Тибета в эмиграции.
В 1963 году Далай-лама провозгласил Конституцию демократического Тибета. Она была воплощена в жизнь в соответствии с ограниченными возможностями эмигрантского правительства.
Тем временем, религиозные преследования в Тибете, последовательные нарушения прав человека и массовое разрушение религиозных и исторических памятников оккупационными властями не смогли разрушить дух тибетского народа, протестующего против разрушения его национального самосознания. 1,2 миллиона тибетцев (около одной шестой населения Тибета) лишились жизни в результате китайской оккупации. Однако новое поколение тибетцев, кажется, настолько же решительно, как и старое, желает восстановить независимость страны.

Выводы


В ходе двухтысячелетней истории Тибета страна попадала под некоторое иностранное влияние только на короткие периоды времени в тринадцатом и восемнадцатом столетиях. Лишь некоторые независимые ныне государства могут назвать столь впечатляющие цифры. Как указал представитель Ирландии при ООН во время дебатов по вопросу Тибета на Генеральной Ассамблее, "тысячи лет, несколько тысяч лет [Тибет] был свободной нацией, полностью контролирующей свои дела, как и любая нация на этой Ассамблее, и в тысячи раз более свободной в управлении своими делами, чем многие из присутствующих здесь наций."
Многие другие страны сделали заявления в ходе дебатов в ООН, выразив подобное признание независимости Тибета. Так, например, делегат Филиппин заявил: "Ясно, что накануне вторжения 1950 года Тибет не находился под властью какого-либо иностранного государства." Делегат из Тайланда напомнил Ассамблее, что большинство государств "опровергают заявление, что Тибет является частью Китая." США присоединились к большинству членов ООН в осуждении китайской "агрессии" и "вторжения" в Тибет. В 1959, 1969 и 1971 годах Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюции <1351(XIV), 1723 (XVI) и 2079 (XX)>, осуждающие нарушения прав человека Китаем в Тибете и призывающие Китай уважать и предоставлять права человека и основные свободы тибетского народа, включая его право на самоопределение.
С точки зрения закона, Тибет на сегодняшний день не потерял своей государственности. Это незаконно оккупированное независимое государство. Ни военное вторжение Китая, ни продолжающаяся оккупация Народно-освободительной армией не передали суверенитет Тибета Китаю. Действительно, Китай признает, что ни угроза силы (кроме исключительных случаев, упомянутых в Хартии ООН), ни навязывание невзаимовыгодного договора, ни продолжительная незаконная оккупация страны не дают право на получение ее территории. Претензии Китая основаны исключительно на ссылках на подчинение Тибета нескольким наиболее сильным китайским правителям в тринадцатом и восемнадцатом веках.
Как может Китай – один из наиболее ревностных противников империализма и колониализма – защищать свое постоянное присутствие в Тибете против желания тибетского народа, ссылаясь как на оправдание на империализм Монголии и Маньчжурии и свою собственную колониальную политику?

Майкл К. ван Вальт ван Прааг
Michael C. van Walt van Praag

 

вернуться назад